Олдскул

Мария Трифонова видит математику не просто предметом — для неё это строгий порядок, где правят железная дисциплина и точность. Она держит класс в ежовых рукавицах: никаких телефонов, привычный размах новых гаджетов здесь строго под запретом. Школа Марии — словно уголок прошлого века, откуда еще не выветрились запахи мела и поздних советских привычек. Её методы прямолинейны, жестки, результативны для одних и выматывающие для других. Ученики — в легком напряжении, но уважают её, хоть иногда и ворчат украдкой.
В жизни Марии мало кто остался близко. Друзей почти нет, а родные разбежались после ссор: слишком трудно с ней найти общий язык, слишком всё у неё по правилам. Она привыкла быть одна, заполняя вечернее молчание книгами и грузом невысказанного. Но однажды утомленная пустотой, Мария решает, что одиночество зашло слишком далеко. Внутри медленно просыпается жгучая тоска по единственной внучке. Девочка выросла, учится в дорогой гимназии, а бабушка только с чужих слов знает, на что она похожа. Всё это — следствие старой, больной размолвки с дочерью, после которой мосты сожжены.
Наступает момент, когда Мария решает перебороть гордость. Она впервые за годы выходит из своей скорлупы и шаг за шагом вникает в непривычный мир нового поколения. Здесь подростки свободолюбивы, избалованы вниманием и техникой, сами решают, что и когда делать, а правила, кажется, пишут на ходу. Марии непросто — сперва она чувствует себя чужой, старается на ходу разбираться в технологиях, учится слушать и не рубить с плеча. Легче не становится, но видно, как между бабушкой и внучкой рождается неловкое, но настоящее тепло. Со временем Мария понимает многое о себе, учится принимать чужую свободу и слабость, впервые ощущая, что потерянное можно вернуть — если хватит терпения и души на этот негладкий путь домой.