Князь Андрей

Когда Андрей наконец ступил на родные холмы, воздух казался гуще, чем где бы то ни было. Он не хотел быть продолжением чужой воли — за плечами у него было столько чужих истин, что теперь он строил лишь свою.
С первым приказом он ломал столетние устои: власть уходит на северо-восток, а князь Киевский становится не верховным, а одним из многих. Отец смотрел с укором и требовал смирения, но Андрей просто не видел пути назад.
Мастера строили для него не только стены, но атмосферу новой эпохи. Храмы из бледного камня сияли рядом с торговыми рядами и крепостями. На городских площадях гудели голоса, в храме звучал древний образ, который, по слухам, сам Бог перенёс в эти края.
Чем могущественнее становился Андрей, тем круче был его нрав. Слишком многое он держал в замке один — недовольство копилось. Самые близкие, казалось бы, друзья, в тени замышляли новый порядок, считая дни до решающего предательства.